Слуга Божий Монсеньор Бернардо Антонини

Рано утром 27 марта 2002 г. в Караганде скоропостижно скончался Апостольский протонотарий прелат Бернардо Антонини. Более десяти лет своей жизни о. Бернардо посвятил пастырскому служению католикам России. Мы навсегда сохраним светлую память об этом удивительном человеке, истинном подвижнике и духовном отце.

Монсеньор Бернардо Антонини родился 20 октября 1932 г. в г. Тренто (Италия). Был рукоположен во священники 26 июня 1955 г. в кафедральном соборе Вероны. Получил докторскую степень в области иностранных языков в Католическом Университете Святейшего Сердца Иисуса в Милане, степень лиценциата в области богословия на Папском Богословском факультете в Милане. Изучал Священное Писание в Папском Библейском Институте в Риме и Государственном университете в Иерусалиме.

С 1956-1972 гг. — профессор древних и современных языков семинарии в Вероне. Одновременно выполнял разные пастырские функции. С 1978-1991 гг. — директор курсов постоянной формации священников.

В течение 10 лет монсеньор Бернардо Антонини работал в Апостольской администратуре для католиков латинского обряда европейской части. Отвечал за проведение многочисленных конференций, семинаров и пастырских встреч. С его именем связано основание Высшей духовной семинарии "Мария — Царица Апостолов" в Санкт-Петербурге (ректор семинарии в 1993-1999 гг.), "Радио Мария" в Москве и Санкт-Петербурге, российской католической газеты "Свет Евангелия" (в 1994 — главный редактор; 1995-2001 — генеральный директор; с октября 2001 — почетный генеральный директор) и журнала "Theologia". Основатель (1992) и декан Колледжа католической теологии им. Фомы Аквинского в Москве, основатель Пастырского института им. св. Иоанна Златоуста.

В 1999 г. возведен в достоинство Апостольского протонотария. В 1999-2000 г. возглавлял комиссию "Юбилей — 2000". Посетил почти все российские приходы, проповедуя о смысле и богословском измерении Великого Юбилея.

С августа 2001 г. работал в Карагандинской Епархии в Казахстане как вице-ректор епархиальной Высшей духовной семинарии "Мария — Матерь Церкви", Епископский викарий по вопросам пастырской деятельности, декан центрального региона Карагандинской области, главный редактор казахстанской газеты "Кредо" и секретарь Совета священников.

Интервью с монс. Бернардо Антонини

don Bernardo- Дон Бернардо, как Вы стали священником?

— История моего призвания — обычная для Италии. Я родился 20 октября 1932 года в Тренто, в католической семье Доменико и Аличе Антонини. Семья переехала в Верону, когда мне было два года. Семи лет от роду я уже был министрантом, каждый день вставал в половине пятого утра (эта привычка сохранилась на всю жизнь) и шел в церковь за несколько километров. Мессу служили на латыни, было трудно, но мне нравилось. Однажды настоятель спросил меня: "Бернардо, не хочешь ли ты, когда вырастешь, стать священником и служить мессу?". В десять лет я пошел в семинарию и учился там в общей сложности 12 лет — до сих пор в Италии такая система: школа — гимназия — лицей, только теперь вместо четырех лет богословие изучают шесть. Моим увлечением в семинарии были древние языки — латинский и греческий. Во время экзамена на степень бакалавра я уже мог переводить с греческого не на итальянский, как того требовали правила, а прямо на латынь.

Епархия в Вероне образовалась около 250 года, а среди ее первых епископов были грек и африканец. То есть с самого начала Церковь на севере Италии была интернациональной, и веронцы, давшие католическому миру много миссионеров, не забывают, что сами получили веру из Африки. А Веронская семинария была четвертой в истории Церкви: в 1563 году отцы Тридентского Собора приняли решение о создании семинарий, а через четыре года уже была создана семинария в Вероне, архивы которой сохранились с момента основания — с 1567 года. И в Санкт-Петербурге мы много внимания уделяем ведению архивов, чтобы потомки могли знать нашу историю.

- Когда и где Вас рукоположили во священника?

- 26 июня 1955 года, в кафедральном соборе Вероны. Тогда мне было 22 года и 8 месяцев. Как вы знаете, священников не рукополагают моложе 24 лет. В исключительных случаях Папа может на полтора года сократить этот возраст, и в моем случае было именно так. После рукоположения меня направили служить викарием в большой веронский приход, где только одна группа молодежи, с которой я занимался, составляла около 130 человек. А через год эта "вольница" закончилась: епископ вернул меня в семинарию, но уже преподавателем.

Позже я получил докторскую степень в области иностранных языков в Миланском университете. Летом изучал иностранные языки в университетах европейских стран — Париже, Лондоне, Мадриде, Лиссабоне, Берлине и Тюбингене. В Милане же я стал и лиценциатом богословия. Затем три года занимался Священным Писанием в Папском Библейском Университете в Риме и государственном университете в Иерусалиме. Мы были первыми студентами, которые после Второго Ватиканского Собора изучали Ветхий Завет вместе с раввинами. Мы с ними общались, сравнивали толкования различных библейских текстов.

В течение 32 лет в семинарии Вероны я преподавал сначала латинский и греческий языки, а затем, после Иерусалима, — Священное Писание. Через несколько лет после начала преподавания меня назначили директором школы богословия в семинарии. Кроме того, в течение 16 лет я был директором епархиальной школы катехизаторов, в которой учились более 500 студентов, а также руководителем формации священников. Ежемесячно мы организовывали реколлекции для священников в 10 пастырских центрах епархии.

Кроме того, в течение 12 лет я был членом редколлегии епархиальной газеты "Verona fedele". В общем, в Вероне, как и позже в России, у меня не было времени, чтобы грешить.

- Как вас угораздило попасть в Россию?

- Все началось с одной телевизионной передачи, которую мы со священниками смотрели в трапезной Веронской семинарии. Была осень 1988 года, показывали торжества в Москве в связи с 1000-летием крещения Руси. Горбачев тепло принял государственного секретаря Ватикана кардинала Агостино Казаролли и пригласил его в Большой театр. Диктор объявил, что визит кардинала в Москву стал возможен благодаря перестройке. Мы переглянулись у телевизора. Выяснилось, что никто из священников в семинарии толком не знает, что такое "перестройка". На следующий год я решил поехать на три месяца в Россию, в Московский университет, чтобы изучать русский язык и посмотреть, что меняется в стране, которая всегда на моей памяти была окружена "железным занавесом".

Путешествие в Россию началось с неприятного сюрприза. В самолете у меня вместе с багажом украли литургическую чашу. Нужно было служить мессу, и я нашел храм на Малой Лубянке, представился священнику Станиславу Мажейке, ныне покойному, который дал мне чашу. Среди иностранцев, которые изучали русский язык, были католики. Они ежедневно собирались на мессу в моей маленькой комнатке в общежитии МГУ, в высотном здании. Во время мессы я открывал окно и возносил чашу над городом, который был хорошо виден с Воробьевых гор.

- Дон Бернардо, какими были Ваши первые впечатления от Москвы и россиян?

- Поразил глубокий и сильный интерес к религии. Естественно, я одевался как священник, и поэтому люди останавливали меня и в университете, и на улицах, расспрашивали. Расспрашивали профессора, студенты, таксисты, парикмахеры, приглашали в аудитории и в гости домой. Когда я рассказал об этом интересе москвичей к христианству своему епископу, он в соборе Вероны благословил меня на служение в России.

Я хотел бы напомнить о том, что в 1989 году среди обязательных предметов на филологическом факультете университета значился "научный атеизм".

- Конечно, десять лет назад у нас было только по одному храму в Москве и Санкт-Петербурге...

- Однако ситуация менялась очень быстро, и я рад, что стал свидетелем этих перемен. Во время одной из бесед архиепископ (ныне — кардинал) Франческо Коласуонно, который был назначен первым представителем Святого Престола в России, сказал мне, что после восстановления церковных структур я могу приехать сюда для служения.

Так и случилось. По приглашению архиепископа Тадеуша Кондрусевича 1 июля 1991 года я приехал в Москву, а 2 июля его декретом был назначен викарием в приход Маркса к о. Клеменсу Пиккелю, нынешнему епископу. Опыт того лета был опытом настоящей миссионерской жизни: утром мы служили мессу для монахинь, а затем отправлялись по различным католическим общинам Поволжья.

30 августа я уехал в Верону, а 4 ноября вернулся в Москву — преподавать в Колледже католической теологии. Кстати, первым моим помощником в колледже был Игорь Ковалевский, тогдашний студент, а ныне — священник и канцлер курии.

В начале 1992 года архиепископ назначил меня деканом колледжа. Впрочем, о колледже газета писала достаточно много, чтобы на этом подробно останавливаться.

Осенью случилась еще одна неожиданность: на мое имя из Италии из небольшого города Л'Аквила пришло семь коробок с оборудованием для радиостанции. Я никогда не был в этом городе и до сих пор не знаю, почему это оборудование пришло на мое имя. Однако именно так возникло в Москве "Радио Мария".
Подобное случалось многократно. Можно даже сказать, что все мои инициативы, все мое служение в России осуществлялись при очевидной помощи Божественное Провидения. У меня в архиве сохранился регистрационный документ "Радио Мария", в котором в качестве спонсора черным по белом написано "Божественное Провидение".

И еще одна общая черта: все проекты здесь начинались в "условиях Вифлеема", то есть не было помещений, условий, лицензий и прочего — но чудесным образом все появлялось именно в тот момент, когда было нужно. Уверен, что это свидетельствует о силе нашей молитвы.

Во время обеда на Рождество в 1992 году я спросил у архиепископа, собирается ли он создавать семинарию. К тому моменту колледж принес нам пять призваний к священству и монашеству. Архиепископ ответил, что если у меня будет 8-10 молодых людей, то он откроет семинарию. На Пасху 1993 года он сказал об этом священникам, а 29 июня подписал декрет... Напомню, что первоначально условия были также вифлеемские: семинаристы жили в курии, занимались в контейнере у храма, обедали у салезианцев. Впрочем, историю создания семинарии, ее переезда в Санкт-Петербург, открытия храма, рукоположения газета "Свет Евангелия" освещала достаточно подробно.

Кстати, сама газета начиналась тоже с одного копировального аппарата. Остальное читатели видели на ее страницах, и надеюсь, поздравят в начале октября "Свет Евангелия" с пятилетним юбилеем.

- Некоторые проекты, которые начинал дон Бернардо, позднее были поручены другим священникам...

- Я никогда не планировал свою жизнь, а особенно в России. Последнее решение относительно семинарии было неожиданно и переживалось трудно. Что касается новой миссии, к которой я приступаю, то я согласился с ней после того, как ее благословил мой веронский епископ. Он сказал примерно так: "Во всем мире служат более 700 миссионеров из Вероны, но в России Вы, дон Бернардо — единственный, поэтому оставайтесь там". И в душе я стал абсолютно спокоен.

Что же касается подтекста решений, принимаемых архиепископом по поводу меня (почему, когда, кто, за что), то я им не интересуюсь. Прощаясь с семинаристами, я сказал: "Дорогие, сила Церкви и путь к святости священников — в послушании. Взгляните на судьбы отцов, которые воспротивились решениям Второго Ватиканского Собора. Это судьбы несчастных людей, это серия катастроф".

Поэтому 12 сентября, после приведения профессоров семинарии к присяге, мои функции там закончились, а утром 13 сентября я начал свое служение в Москве.

- Чем Вы теперь будете заниматься?

- Во-первых, я отвечаю за воспитание и формацию священников и монашествующих в юрисдикции архиепископа Тадеуша Кондрусевича и по просьбе других епископов буду консультировать священников из их юрисдикций. Трудно воспитывать семинаристов, но еще труднее — священников. Молитва, пример и организация — вот основные критерии моего служения на этом поприще. Я собираюсь в ближайшее время посетить Калининград, Владимир, Саратов, Иркутск, Новосибирск и другие места. В этом служении я вижу две трудности: священники и монашествующие воспитывались в разных условиях и культурах, которые трудно привести к общему знаменателю в процессе инкультурации в России, и, еще более весомая трудность — некоторые из них "трудоголики", они настолько "больны" работой, что пропускают реколлекции и пастырские встречи. А ведь их первая обязанность — молитва. Если священник собирается участвовать в реколлекциях тогда, когда будет свободен — это случится лишь через пятнадцать минут после его смерти. Для прихода важнее четыре часа молитвы, а не четыре часа административно-хозяйственной суеты. Более пятидесяти монастырей во всем мире к молитвам о нашей семинарии по моей просьбе добавят интенцию о формации священников в России. Это — моя первая миссия.

Во-вторых, меня назначили главой специальной комиссии епископата "Юбилей-2000". Очевидно, что вряд ли в будущем году по разным причинам станут возможными многотысячные паломничества из России в Святую Землю и Рим. Юбилей в своем духовном, евхаристическом, экуменическом и социальном проявлениях для большинства россиян будет проходить здесь. Об этом я буду говорить по воскресеньям в приходах. Кроме того, рубрика "Слово пастыря" в газете "Свет Евангелия" будет посвящена разъяснению различных аспектов предстоящего Юбилея.

В-третьих, я остаюсь генеральным директором газеты. Я благодарю редакцию за жертвенный труд и очень рад, что епископы решили сделать газету действительно общероссийской, то есть создать в каждой Администратуре корреспондентские пункты, которые, надеюсь, будут регулярно и своевременно поставлять информацию в редакцию, чтобы жизнь приходов и католических структур Поволжья, Кавказа, Восточной и Западной Сибири освещалась в газете максимально полным образом. Кроме того, мы планируем доставку "Света Евангелия" в районы Сибири и Дальнего Востока с попутными самолетами.

Что касается планов — мой календарь расписан до 6 января 2001 года, то есть, до окончания Юбилея-2000. После этого, я надеюсь, еще будет выходить газета и формация священников не закончится.

- Что для Вас в России было наиболее трудным?

- Первая трудность — это язык, который мне пока не удалось освоить настолько, чтобы понимать все, что происходит в стране. Но здесь, очевидно, мало просто знать русский язык — нужно понимать менталитет, нужно врасти в местную культуру, чтобы сделать свое служение наиболее эффективным.

Место служения для меня — не только храм и семинария. Это и купе поезда, и самолет, и такси — места, где я встречаюсь и разговариваю с людьми. Это прекрасно. Должен признаться, что ни разу за все время разговоров с людьми мне не приходилось сталкиваться с негативной реакцией на католического священника. Когда люди узнают, что я из Италии, они вспоминают Сан-Ремо, Капри и чемпионат мира по футболу. А потом живо интересуются христианством и католичеством.

- Кто Ваш любимый святой?

- Это св. ап. Павел, неустанный проповедник Христа, св. ап. Иоанн и св. Тереза Младенца Иисуса, покровительница миссий и заступница России. Только в России я смог понять святость Сергия Радонежского и Серафима Саровского. Кроме них, я часто молюсь предстательством св. Иоанна Златоуста.

- Дон Бернардо, мы присоединяемся к многочисленным поздравлениям по случаю назначения Вас Апостольским протонотарием. Говорят, это редкое и очень почетное для священника достоинство, которое подразумевает не только лиловую биретту, но и лиловую сутану. Будете ли Вы ее шить?

- Наверное, нет. А зачем? Гораздо важнее моя миссия, чем цвет моих одежд.

По материалам газеты Свет Евангелия 1999 г.

Духовное завещание монс. Бернардо Антонини

Во славу Пресвятой Троицы — Бога Отца, и Сына, и Святого Духа — в распоряжение Которой я предал всю свою земную жизнь.

Я благодарю Божественное Провидение и Любовь Непорочного Сердца Девы Марии за все дары: призвание к жизни, святое крещение, двенадцать лет учебы в семинарии, кульминацией которых стало рукоположение во священники, за изучение лингвистики, богословия, библеистики, преподавательскую и воспитательскую жизнь в семинарии, многочисленные пастырские и апостольские труды в епархии, за призвание к миссии в России, призвание к служению в секулярном институте, связанном с обществом св. Павла, основанном досточтимым доном Джакомо Альберионе, цель которого — использование средств массовой информации как орудий апостольства.

Благодарю Любящего Бога за дарованные мне многочисленные духовные и пастырские радости и за испытания, особенно нравственные, которых было даровано мне также немало. Благодарю Бога за несравненный дар Святой Евхаристии — Пасхальную Жертву, таинство Причастия, Поклонение. С восьмилетнего возраста я практически ежедневно приступал к Святому Причастию. Deo gratias per Mariam.

Еще раз прошу Бога простить мне все мои прегрешения. Верую, что Божественное Милосердие бесконечно превосходит мои грехи; что все они были прощены, прежде всего, в таинстве Примирения, к которому я приступал сотни раз в семинарии и, практически ежедневно, в периоды великой Божественной благодати. Смиренно и искренне прошу прощения у всех, кого я обидел, огорчил, кому подал плохой пример, пусть и невольно. И, со своей стороны, прощаю всех.

Молю Бога о благодати позволить мне умереть в момент наивысшего духовного горения. Соглашаясь принять любую смерть, я, все-таки, был бы очень счастлив умереть у алтаря, приняв Святое Причастие — "Божественный билет" для входа в Рай. Я хочу умереть, пребывая в полном единстве с Католической Церковью. Апостольский Символ Веры Церкви — мое кредо. Испрашиваю благодати неизменно с радостью и любовью исполнять святую волю Бога в послушании Церкви и моему епископу.

Даруй мне, о Иисусе, по заступничеству Пресвятой Девы Марии, Царицы святых, искреннюю и глубокую жажду ежедневного освящения, а также Пресвятой Евхаристии, таинства Примирения, апостольства, дара страданий — этих Божественных средств освящения. В обмен на Твою благость, Господи, смиренно и щедро приношу Тебе, если Тебе это угодно, свою жизнь и свою смерть — пусть это случится когда, где и как будет угодно Твоему Любящему Провидению.

О Боже Мой, Ты — все для меня! Пылая огнем апостольства, предаю Твоей Любви и Пресвятой Деве Марии, Лучу Твоей любви, не только каждый день, но и каждую секунду жизни, дарованной Тобой. Господи, вот я. Я — Твой.

Всех, кто знал меня, прошу молиться обо мне, дабы я обрел Рай, где я, в свою очередь буду молиться о всех, кто помогал мне при жизни и о всех, кого я встретил хотя бы раз, пусть случайно. Обещаю молиться о всех моих родственниках и друзьях, о моей любимой Веронской епархии, о России, особенно о моей любимой семинарии "Мария — Царица Апостолов", о семинарии "Мария — Матерь Церкви", о колледже св. Фомы Аквинского, о еженедельной газете "Свет Евангелия", о радио, о всех структурах Святой Церкви и обо всем мире.

Благословляю всех, как я благословлял вас ежевечерне в течение своей жизни. Всем вам, в единении с Непорочным Сердцем Девы Марии, я говорю: встретимся в Раю!

О. Бернардо Антонини